теплый_кот
- Думаешь, ты клоун? - Думаю, я чудо.
Название: Narcoleptic
Автор: теплый_кот (riz)
Бета: -
Пейринг: Давид/Линке
Жанр: POV Давид, PWP, slash
Рейтинг: NС-17.
Размер: мини.
Дисклеймер: Не мои мальчики... не мои((( и вообще все плод больной фантазии автора, ничего не имеющий общего с реальностью.
Саммари: Все уже откровенно затрахали бедного Давида. Вот он и подумал, а почему бы...
Предупреждения: гомосексуальные отношения, насилие.
Размещение: ранее выкладывался http://panikandthslash.ucoz.ru/forum/41-597-1. Увижу без авторства - поимею.
Статус: закончен

Я не знаю, как это получилось. Так, наверное, говорят все маньяки и убийцы... Он всегда так нравился мне. Я им восхищался. То, с каким воодушевлением он стремится достичь цели – сочинять идеальную музыку. И я всегда тушевался в его присутствии, изображая, что мы просто друзья. Отводил глаза, старался не дотрагиваться лишний раз. А он постоянно норовил во время съемок положить мне руку на плечо. И я благодарил судьбу, что на концертах он стоит в совершенно противоположной части сцены. Так далеко, чтоб я не мог увидеть, как меняется его лицо при звуках музыки.
Он – маленький Бог для миллионов фанатов. И целый мир - для меня. Неприступный, спокойный, правильный. От этого еще непривычней видеть, как он свернулся калачиком на краю кровати, у самой стены.
Придвигаюсь чуть ближе, осторожно касаюсь его плеча. Он вздрагивает всем телом, как будто даже во сне знает, что это именно я. Мокрые слипшиеся ресницы и едва заметные следы дорожек от слез. Только сейчас замечаю довольно большую ранку на нижней губе. Длинная горизонтальная полоска со следами запекшейся крови. На запястьях синяки. Тоже моя работа.
Хочется защитить его от всего этого. От всего, что произошло.
Прячу лицо в ладони. Я чудовище.
Когда я впервые поцеловал его, он подумал, что это шутка. Оттолкнул меня и засмеялся. Но для меня это был определенного рода толчок. Я больше не желал ждать.
Несколькими минутами позже, перепуганный до смерти, Линке пытался стряхнуть меня с себя.
- Не трогай меня! Отвали!
Но даже тогда он не понимал всю серьезность моих намерений. Я прижимался щекой к его животу, не обращая внимания на отталкивающие руки, и пытался расстегнуть пуговицу на его штанах. Я всегда считал, что он носит одежду на размер больше, потому что стесняется собственных худых плеч. Это невероятно раздражало в повседневной жизни, но сейчас пришлось как нельзя кстати. Еще когда он начал вырываться в самом начале, я уцепился за рукав его свитера. Линке был так напуган, что ломанулся к двери, снося все на своем пути. Я висел на нем мертвым грузом и тянул обратно к кровати.
- Давид, перестань! Это не смешно.
- Я и не шучу.
Он вывернулся, оставляя в моей руке свитер. Но все было бесполезно. Дверь я закрыл сразу же после его прихода.
Пуговица поддалась. Как раз в этот момент Кристиан пнул меня и, перевернувшись на живот, попытался встать с кровати. Я снова вцепился в него, не допуская прошлой ошибки и крепко держа за талию. Со спины она кажется почти девичьей. Да и сам он невероятно худой, словно подросток.
- Отпусти, придурок!
Кричит и вырывается с еще большим остервенением. Я наваливаюсь на него всем телом, придавливая к кровати, вцепляясь пальцами в запястья. Он шипит и брыкается, пытаясь стряхнуть меня.
- Стой, Линке, не надо.
Жарко шепчу ему в шею в надежде успокоить, но это равносильно разговору слепого с глухонемым.
- Сука, я убью тебя. Пусти. – Он приподнимает голову, хватая ртом воздух и продолжая вырываться. От борьбы его щеки раскраснелись, и я невольно любуюсь эти лицом, длинными ресницами, пухлыми губами. Мне так хочется поцеловать его. Нежно и долго, но он ощутимо прикусывает зубами мою нижнюю губу. Шипя от боли, надавливаю ему на затылок. Он утыкается носом в подушку, крутя головой и стараясь не задохнуться.
- Давид, ты спятил? – Через подушку его голос кажется глухим и не таким испуганным, хотя я знаю, что скоро ему не будет хватать воздуха.
- Тише, хороший мой мальчик, тише. Не дергайся. – Хочу пообещать, что будет не больно, но это значит заведомо соврать. Я постараюсь, чтоб ему понравилось, чтоб он успокоился и расслабился, но если он и дальше будет так рьяно вырываться, мне придется причинить ему боль.
Через какое-то время он почти перестает сопротивляться, и я убираю руку с его затылка, давая воздуху проникнуть в легкие. Он тяжело дышит, прикрывая глаза. Моя рука скользит под него, обхватывая член, и он дергается, чуть выгибаясь.
- Ублюдок. – Выдыхает и закашливается.
Мне нравится это чувство наполненности в ладони, и я чуть сжимаю ее, скользя то вверх, то вниз, поглаживая. Я отвлекаю его, пока другой рукой пытаюсь раздеться сам. Он уже не вырывается, не пытается убежать, полностью поглощенный сладкими ощущениями. Нащупываю под подушкой, заранее оставленный там, холодный тюбик. Должно быть как можно меньше боли.
- Отпусти меня. – Почти жалобно. Сердце сжимается, и я действительно почти готов отказаться от всего. Но вместо этого я откручиваю зубами крышку, выдавливаю содержимое себе на руку и осторожно начинаю растягивать его. Он вздрагивает.
- Давид, не надо. Пожалуйста.
Но я чувствую, какой он внутри горячий, как отзывается на мои прикосновения, совершенно забывая обо всем остальном. Стараюсь сделать все, как можно лучше, но он опять пытается вырваться, заставляя прижимать его к кровати. Если не возьму его прямо сейчас, не смогу сделать этого уже никогда.
Начинаю медленно входить, но он дергается и, сам того не понимая, насаживается на меня еще глубже. Я делаю последний резкий толчок. Он вскрикивает от боли, сжимаясь всем телом, и я едва не схожу с ума. Даже в самых смелых фантазиях я и представить не мог, что он будет таким тесным, горячим… абсолютно моим. Даю ему возможность привыкнуть, следя за тем, как пальцы стискивают простынь. Больно, мой родной. Знаю. Потерпи. Потерпи совсем чуть-чуть.
Первое движение дается с трудом. Он молчаливо терпит, и я только могу догадываться, что ему приходится пережить. Потом двигаюсь еще раз и еще. Стараюсь найти нужный угол. Ну, же дай мне понять, что я все сделал правильно. Что тебе хорошо. Линке упрямо молчит, а я с трудом сдерживаюсь, чтоб не спустить все на тормозах. Очередной плавный толчок и он едва слышно охает. Неужели получилось? Повторяю движение, но он, видимо, уже успел взять себя в руки. Начинаю методично вбиваться в него, стараясь сохранять угол и через несколько минут получаю в ответ долгожданный стон.
Ему нравится и можно уже не сдерживать себя в желаниях. Вбиваю его в матрас, запрокидывая голову назад и громко постанывая. Так хорошо мне не было еще ни разу. Слышу ответные стоны с его стороны. Он пытается сдержать их, но я начинаю вновь скользить рукой по его члену, и непобедимый Линке терпит поражение. Еще несколько движений и он изливается мне в руку. Я придерживаю его за талию и делаю два глубоких толчка, следуя за ним.
Придя в себя после оргазма, осознаю, что он лежит на животе, рядом со мной, повернув голову вправо и чуть прикрыв губы рукой. Я обнимаю его, утыкаясь носом в плечо. Линке смотрит в одну точку, практически не мигая. Его спина слегка приподнимается в такт дыханию. Челка слиплась от пота и слез.
- Прости. Прости меня. – Шепчу ему на ухо, но он не реагирует.
Позже я проваливаюсь в сон, продолжая прижимать его к себе.
Так собственно мы и дошли до нынешнего момента, когда я смог в полной мере осознать, что все-таки натворил. Я сломал его. Не столько внешне, сколько внутренне. Я чудовище, что несколькими часами ранее совершило невероятно страшное преступление.
Обхватываю голову руками и… просыпаюсь.
Линке сидит на моей постели в пижамный штанах, живой и невредимый. Обеспокоенно заглядывает мне в лицо и держит за руку.
- Дави, все в порядке? Ты так орал, что за стенкой было слышно.
От счастья перехватывает дыхание. Я висну у него на шее. Из груди начинают вырываться сдавленные рыдания. Он растерянно медлит, но затем все же обнимает меня в ответ, поглаживая по голове.
- Ну, ты чего? Это всего лишь дурной сон.
Я продолжаю сотрясаться от рыданий, а губы беззвучно шепчут:
- Прости, я люблю тебя. Я такое чудовище.

@темы: slash, panik, david bonk, christian linke